?

Log in

No account? Create an account
14 апр, 2008 @ 01:27 [...]
Чем нас одарила житейская философия?
Первое, быть самим собой. Я лично считаю, что быть кем-то другим гораздо труднее. Скажу больше – невозможно. Человек не может не быть собой. Никому не дано прожить чужую жизнь, это очевидно. Даже чужую жизнь ты проживешь по-своему. Никто не перестанет быть самим собой, даже завладев паспортом, регалиями, внешностью другого. Все это имеет условную ценность, а в жизни всегда приходится предъявлять что-нибудь более существенное.
Представь себе одноногого человека. Он никогда не сможет делать все так же, как люди с обеими ногами. А ведь каждый из нас сломал и потерял не одну ногу на жизненном пути. И каждый лишился своего набора ног. Все мы калеки сороконожки на костылях и помочах. И каждый из нас хромает по-своему.
Второе, не быть как все. Должен оговориться, что «быть самим собой» не означает «не быть как все». Большую часть жизни мы ведем себя как остальные. Во всяком случае, я не встречал людей, которые писают исключительно стоя на голове. Я не отрицаю такой возможности, но эти люди все равно писают и даже испражняются. Это действительно делает нас очень похожими.
Третье, смысл жизни. Его нет в качестве цели. Только дураки идут к целям, потому что живут по прописям. Те же, кто освободился от очарования маяков, держат свой путь к «Мысу Доброй Надежды», которому еще не придумали название. Наверняка там вовсе нет никакого мыса. Не все сразу.
Четвертое, любовь, вечна ли она? Однажды я придумал хитрость, которая дает ответ на этот вопрос. Любовь вечна потому, что именно то время, которое она длится и есть вечность.
хляватар
14 апр, 2008 @ 15:55 [..окЕан]
Соль в моей крови та же, что растворена в водах Океана. Это роднит меня с каждой клеткой в его глубинах. Кровь мою по жилам гонит сердце. Где же то Сердце, что движет волны Океана? Я бесконечно мал перед Океаном. Как же я смог уместить его целиком внутри себя?
Скоро придет сон, а прежде него путешествие. Путешествие без начала, потому что начало свое оно берет во мне, а я уже почти исчез. Путешествие без пункта назначения, потому что Океан неспокоен, и волны его порвали координатную сеть. Океан – это Космос. Космос – это Океан. Темнота, полная флюоресцирующего планктона. Откуда эти крохи берут энергию своего свечения?
В моем путешествии все дается легко. Слишком легко. Пугающе легко. Миллиарды лет, триллионы световых лет преодолеваю я за мгновение и сразу во всех направлениях. И где же я теперь нахожусь? Темнота, полная флюоресцирующего планктона. Еще и еще устремляюсь я в разные стороны, отсчитывая тысячелетия, в поисках границ. Что это будет: поверхность моего тела или океанические берега? Ни то, ни другое. Меня нет, Океана нет. Есть нечто мечущееся в надежде отыскать собственные пределы; бегущее от своего центра, потому что в него уже пророс страх. Я, оказывается, привык к рамкам, имя которым определенность. Я привык к мысли, что я всего лишь крохотная, исчезающе заметная морщинка на лике мироздания. Но морщинка, имеющая свой размер: длину, толщину, глубину. Никогда с такой остротой не ощущал я себя вне этих трех измерений, потому что до сих пор считал, что они и есть я. Именно внутри них был заключен Космос, именно об их скалистые берега разбивался Океан. Но то были ненастоящий Космос, выдуманный Океан. И бушевали они внутри понарошку. Теперь же выдумка оказалась самой осязаемой реальностью, а реальность обрушилась картонными декорациями. Их обломки поплыли по просторам Вселенной, повинуясь гравитационным полям.
Я – Космос, и я хочу быть безразмерным. Я – Океан, и я хочу быть вечным. Но моя человеческая неистребимая сущность рождает тоску и страх. Она требует моей смерти, потому что не в силах вечно стремиться в пустоту даже наполненную флюоресцирующим планктоном. Она говорит: я слаба. Она ноет: я обязательно устану. Она завывает: мне надо прийти куда-то.
Я уже разучился приходить и могу только идти. Я – Океан, но Океан – это нескончаемая череда приливов и отливов. Я – Космос, но Космос – это непрестанное движение. Движение не от страха, а через него. Движение не к пределам, а движение самих пределов: вглубь, наружу, во времени. Неверно. Движение само по себе. Вне времени, вне Космоса, вне Океана. Я – Движение, но я и нечто большее, чем Движение. Я есть большее самого себя.
Отчего так гулко стучит сердце, толкая пульс к вискам? Паника клыками впивается в горло – я, кажется, перестал дышать. С усилием заглатываю воздух. Выдох, вдох, выдох, вдох, выдох... Шумит океанический прибой. Не открывая глаз, переворачиваюсь на другой бок и проваливаюсь в небытие.
хляватар